Марья Моревна - русская народная сказка с интереснейшим сюжетом и участием различных сказочных персонажей. Сказку Марья Моревна можно читать онлайн или скачать текст в формате PDF и DOС.
Краткое содержание сказки
можно начать с того, как у Ивана – царевича и его трех сестер умерли отец и мать. Вся ответственность за сестер легла на плечи Ивана. Он удачно выдал их замуж за царевичей из других государств, а сам стал жить один. Но вскоре ему стало скучно без сестер, и он отправился на их поиски. По дороге он встречает прекрасную королеву Марью Моревну, они женятся и живут в ее государстве. Когда королева уезжала из дому, попросила Ивана – царевича следить за хозяйством, но не в коем случае не заглядывать в чулан. Иван не послушался наказа своей жены и первым делом отправился в запрещенное место. Там сидел Кощей Бессмертный, который попросил Царевича дать ему напиться воды. Это безобидная просьба, привела к большим последствиям и беде. Кощей вырвался из чулана, вылетел в окно, подхватил Марью Моревну и унес к себе. Иван – царевич отправился на поиски своей жены в кощеево царство. По пути он заезжал к своим сестрам и рассказывал о случившимся горе. Так царевич добрался до Кощея, увидел Марью Моревну, посадил на коня и увез. Но, у Кощея был богатырский конь, поэтому он догнал их, изрубил Ивана на мелкие кусочки, а царевну снова вернул к себе в царство. На этом можно и сказку заканчивать, но Ивана царевича спасают его зятья – мужья сестер. Он достает у Бабы Яги доброго коня и снова отправляется спасать Марью Моревну. Победив Кощея Бессмертного, Иван забрал свою прекрасную царевну, и стали они жить поживать, добра наживать, да медок попивать.
Читать сказку Марья Моревна
можно детям любого возраста. Благодаря захватывающему сюжету с элементами волшебства и мистики, сказка заинтересует не только детей, но и взрослых. Основная мысль и смысл сказки в том, что сила любви не имеет преград на своем пути, а добро всегда побеждает зло. Сказка учит тому, что семья и любимые люди самое важное и главное, что есть в жизни. Родные люди должны защищать и, беречь друг друга, помогать в трудных ситуациях.
Сказка Марья Моревна наглядный пример многих народных пословиц
. Пословицы про любовь: Любовь все победит, Для влюбленного и сто верст не расстояние, Любовь на замок не закроешь, У истиной любви есть начало, а конца нет, Хоть в плавь плыть, а у милого быть, Где любовь да совет, там горя нет, К любящему страх не идет, Любящих и бог любит, Куда б не идти, только с милым по пути, Милый далеко, сердцу не легко, Ради милого себя не жаль.
Пословицы про семью: В семье согласно, так идет дело прекрасно, Вся семья вместе, так и душа на месте, Дерево держится корнями, а человек семьей, Земля без воды мертва, человек без семьи пустоцвет, Любовь да совет, там горя нет, В семье где помогают друг другу, беды не страшны, Согласие да лад, в семье клад, Человек без семьи, что дерево без плодов.
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у
него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья
Анна-царевна.
Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
— Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай — при себе не
держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый сад погулять.
Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
— Пойдемте, сестрицы, домой! — говорит Иван-царевич.
Только пришли во дворец — как грянул гром, раздвоился потолок, и влетел к ним в
горницу ясен сокол. Ударился сокол об пол, сделался добрым молодцем и говорит:
— Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом; хочу
у тебя сестрицу Марью-царевну посватать!
— Коли люб ты сестрице, я ее не унимаю — пусть с Богом идет!
Дни идут за днями, часы бегут за часами, целого года как не бывало; пошел
Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять встает туча с
вихрем, с молнией.
— Пойдемте, сестрицы, домой! — говорит царевич.
Только пришли во дворец — как ударил гром, распалась крыша, раздвоился потолок,
и влетел орел; ударился об пол и сделался добрым молодцем:
— Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом!
И посватал Ольгу-царевну.
Отвечает Иван-царевич:
— Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет: я с нее воли не снимаю!
Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж; орел подхватил ее и унес в
свое царство.
Прошел еще один год; говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
— Пойдем во зеленом саду погуляем!
Погуляли немножко, и опять встает туча с вихрем, с молнией.
— Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть — как ударил гром, раздвоился потолок, и
влетел ворон; ударился ворон об пол и сделался добрым молодцем: прежние были
хороши собой, а этот еще лучше.
— Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом: отдай за
меня Анну-царевну!
— Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за тебя!
Вышла за ворона Анна-царевна, и унес он ее в свое государство.
Остался Иван-царевич один; целый год жил без сестер, и сделалось ему скучно.
— Пойду, — говорит, — искать сестриц.
Собрался в дорогу, пошел; шел, шел и видит — лежит в поле рать-сила побитая.
Спрашивает Иван-царевич:
— Коли есть тут жив человек — отзовися! Кто побил это войско великое?
Отозвался ему жив человек:
— Все это войско великое побила Марья Моревна прекрасная королевна!
— Здравствуй, царевич, куда тебя Бог несет — по воле аль по неволе?
Отвечал ей Иван-царевич:
— Добрые молодцы по неволе не ездят!
— Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах!
Иван-царевич тому и рад; две ночи в шатрах ночевал, полюбился Марье Моревне и
женился на ней.
Марья Моревна, прекрасная королевна, взяла его с собой в свое государство;
пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось королевне на войну
собираться; покидает она на Ивана-царевича все хозяйство и приказывает:
— Везде ходи, за всем присматривай, только в этот чулан не моги заглядывать!
Он не вытерпел: как только Марья Моревна уехала, тотчас бросился в чулан,
отворил дверь, глянул — а там висит Кощей Бессмертный, на двенадцати цепях
прикован. Просит Кощей у Ивана-царевича:
— Сжалься надо мной, дай мне напиться! Десять лет я здесь мучаюсь, не ел, не
пил — совсем в горле пересохло!
Царевич подал ему целое ведро воды, он выпил и еще запросил:
— Мне одним ведром не залить жажды, дай еще!
Царевич подал другое ведро. Кощей выпил и запросил третье, а как выпил третье
ведро — взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все двенадцать порвал.
— Спасибо, Иван-царевич! — сказал Кощей Бессмертный. — Теперь тебе никогда не
видать Марьи Моревны, как ушей своих!
И страшным вихрем вылетел в окно, нагнал на дороге Марью Моревну, прекрасную
королевну, подхватил ее и унес к себе.
А Иван-царевич горько-горько заплакал, снарядился и пошел в путь-дорогу:
— Что ни будет, а разыщу Марью Моревну!
Идет день, идет другой, на рассвете третьего видит чудесный дворец, у дворца
дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с дуба, ударился оземь,
обернулся добрым молодцем и закричал:
— Ах, шурин мой любезный! Как тебя господь милует?
Выбежала Марья-царевна, встретила Ивана-царевича радостно, стала про его
здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Погостил у них
царевич три дня и говорит:
— Не могу у вас гостить долго: я иду искать жену мою — Марью Моревну,
прекрасную королевну!
— Трудно тебе сыскать ее, — отвечает сокол. — Оставь здесь
на всякий случай свою серебряную ложку: будем на нее смотреть, про тебя
вспоминать!
Иван-царевич оставил у сокола свою серебряную ложку и пошел в дорогу.
Шел он день, шел другой, на рассвете третьего видит дворец еще лучше первого,
возле дворца дуб стоит, на дубу орел сидит. Слетел орел с дерева, ударился
— Вставай, Ольга-царевна! Милый наш братец идет!
Ольга-царевна тотчас прибежала навстречу, стала его целовать-обнимать, про
здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Иван-царевич погостил
у них три денька и говорит:
— Дольше гостить мне некогда: я иду искать жену мою, Марью Моревну, прекрасную
королевну!
Отвечает орел:
— Трудно тебе сыскать ее; оставь у нас серебряную вилку: будем на нее смотреть,
тебя вспоминать!
Он оставил серебряную вилку и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, на рассвете третьего видит дворец лучше первых двух,
возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит. Слетел ворон с дуба, ударился
оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
— Анна-царевна! Поскорей выходи, наш братец идет!
Выбежала Анна-царевна, встретила его радостно, стала целовать-обнимать, про
здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Иван-царевич
погостил у них три денька и говорит:
— Прощайте! Пойду жену искать — Марью Моревну, прекрасную королевну!
Отвечает ворон:
— Трудно тебе сыскать ее; оставь-ка у нас серебряную табакерку: будем на нее
смотреть, тебя вспоминать!
Царевич отдал ему серебряную табакерку, попрощался и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, а на третий добрался до Марьи Моревны. Увидала она своего
милого, бросилась к нему на шею, залилась слезами и промолвила:
— Ах, Иван-царевич! Зачем ты меня не послушался — посмотрел в чулан и выпустил
Кощея Бессмертного?
— Прости, Марья Моревна! Не поминай старого, лучше поедем со мной, пока не
видать Кощея Бессмертного, авось не догонит!
Собрались и уехали.
А Кощей на охоте был; к вечеру он домой возвращается, под ним добрый конь
спотыкается:
Отвечает конь:
— Иван-царевич приходил, Марью Моревну увез!
— А можно ли их догнать?
— Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать ее, смолотить, в
муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть да тогда вдогон
ехать — и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича.
— Ну, — говорит, — первый раз тебя прощаю за твою доброту, что водой меня
напоил, и в другой раз прощу, а в третий берегись — на куски изрублю!
Отнял у него Марью Моревну и увез; Иван-царевич сел на камень и заплакал.
Поплакал-поплакал и воротился назад за Марьей Моревной, а Кощея Бессмертного
опять дома не случилося.
— Поедем, Марья Моревна!
— Ах, Иван-царевич! Он нас догонит!
— Пускай догонит, мы хоть часок-другой проведем вместе!
Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь
спотыкается:
— Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял!
— А можно ли догнать их?
— Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет, сжать-смолотить, пива
наварить, допьяна напиться, до отвала выспаться да тогда вдогон поехать — и то
поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
— Ведь я же говорил, что тебе не видать Марьи Моревны, как ушей своих!
Отнял ее и увез к себе.
Остался Иван-царевич один, поплакал-поплакал и снова воротился за Марьей
Моревной; на ту пору Кощея опять дома не случилося.
— Поедем, Марья Моревна!
— Ах, Иван-царевич! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит!
— Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу!
Собрались и поехали.
Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается:
— Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич прихехал, Марью Моревну с собой взял!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича, изрубил его в мелкие куски, положил в
смолёную бочку, скрепил железными обручами и бросил в синее море, а Марью к
себе увез.
В то самое время у зятьев Ивана цевича серебро почернело.
— Ах, — говорят они, — видно беда приключилася!
Орел бросился на сине море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол полетел за
живой водой, а ворон — за мертвою. Слетелись все трое в одно место, разбили
бочку, вынули куски Ивана-царевича, перемыли и склали, как надобно. Ворон
брызнул мертвой водой — тело срослось, соединилось; сокол брызнул живой водой —
Иван-царевич вздрогнул, встал и говорит:
— Ах, как я долго спал!
— Еще бы дольше проспал, если б не мы! — отвечали зятья. — Пойдем теперь к нам
в гости!
— Нет, братцы! Я пойду искать Марью Моревну!
Приходит к ней и просит:
— Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал такого доброго коня!
Вот Марья Моревна выбрала добрую минуту и стала Кощея выспрашивать. Кощей
сказал:
— За тридевять земель, в тридесятом царстве, за огненной рекою живет Баба-яга;
у нее есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг света облетает.
Много у нее и других славных кобылиц; я у нее три дня пастухом был, ни одной
кобылицы не упустил, и за то Баба-яга дала мне одного жеребеночка.
— Как же ты через огненную реку переправился?
— А у меня есть такой платок — как махну в правую сторону три раза, сделается
высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!
Марья Моревна выслушала, пересказала все Иван-царевичу и платок ему отдала.
Иван-царевич переправился через огненную реку и пошел к Бабе-яге. Долго шел он
не пивши, не евши, и попалась ему навстречу заморская птица с малыми детками.
Иван-царевич говорит:
— Съемка я одного цыпленочка!
— Не ешь, Иван-царевич! — просит заморская птица. — В некоторое время я
пригожусь тебе!
— Возьму-ка я, — говорит, — сколько-нибудь медку!
Пчелиная матка просит:
— Не тронь моего меду, Иван-царевич! В некоторое время я тебе пригожусь!
— Съем я хоть этого львенка, есть так хочется, даже тошно стало!
— Не тронь, Иван-царевич, — просит львица. — В некоторое время я тебе
пригожусь!
— Хорошо, пусть будет по-твоему!
Побрёл голодный; шел, шел — стоит дом Бабы-яги, кругом дома двенадцать шестов,
на одиннадцати шестах по человеческой голове, только один незанятый.
— Здравству, бабушка!
— Здравствуй, Иван-царевич! Почто пришел — по своей доброй воле аль по нужде?
— Пришел заслужить у тебя богатырского коня!
— Изволь, царевич! У меня ведь не год служить, а всего-то три дня; если упасешь
моих кобылиц — дам тебе богатырского коня, а если нет, то не гневайся, торчать
твоей голове на последнем шесте!
Иван-царевич согласился, Баба-яга его накормила-напоила и велела за дело
приниматься.
Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы задрали хвосты и все врозь по
лугам разбежались; не успел царевич глазами вскинуть, как они совсем пропали.
Тут он заплакал-запечалился, сел на камень и заснул.
Солнышко уже на закате, прилетела заморская птица и будит его:
— Вставай, Иван-царевич! Кобылицы дома!
Царевич встал, воротился домой, а Баба-яга и шумит и кричит на своих кобылиц:
— Зачем вы домой воротились?
— Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света, чуть нам глаза
не выклевали!
— Ну, вы завтра по лугам не бегайте, а рассыптесь по дремучим лесам!
Переспал ночь Иван-царевич, наутро Баба-яга ему говорит:
— Смотри, царевич, если не упасешь кобылиц — если хоть одну потеряешь, быть твоей
головушке на шесте!
Погнал он кобылиц в поле, они тотчас задрали хвосты и разбежались по дремучим
лесам. Опять сел царевич на камень, плакал, плакал да и уснул. Солнышко село за
лес, прибежала львица:
— Вставай, Иван-царевич! Кобылицы все собраны!
Иван-царевич встал и пошел домой; Баба-яга пуще прежнего и шумит и кричит на
своих кобылиц:
— Зачем домой воротились?
— Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего света, чуть нас
совсем не разорвали!
— Ну, вы завтра забегите в сине море!
Опять переспал ночь Иван-царевич; наутро посылает его Баба-яга кобылиц пасти:
— Если не упасешь — быть твоей буйной головушке на шесте!
Он погнал кобылиц в поле, они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз и забежали
в сине море, стоят в воде по шею. Иван-царевич сел на камень, заплакал и уснул.
Солнышко за лес село, прилетела пчелка и говорит:
— Вставай, царевич! Кобылицы все собраны; да как воротишься домой, Бабе-яге на
глаза не показывайся, пойди в конюшню и спрячься за яслями. Там есть паршивый
жеребенок, в навозе валяется; ты возьми его и в глухую полночь уходи из дому!
Иван-царевич встал, пробрался в конюшню и улегся за яслями, а Баба-яга и шумит
и кричит на своих кобылиц:
— Зачем воротились?
— Как же нам было не воротиться? Налетело пчел видимо-невидимо со всего света и
давай нас со всех сторон жалить до крови!
Баба-яга заснула, а в самую полночь Иван-царевич взял у нее паршивого
жеребенка, оседлал его, сел и поскакал к огненной реке. Доехал до той реки,
махнул три раза платком в правую сторону — и вдруг, откуда ни взялся, повис
через реку высокий, славный мост. Царевич переехал по мосту и махнул платком на
левую сторону только два раза, остался через реку мост тоненький-тоненький.
Поутру пробудилась Баба-яга, паршивого жеребенка видом не видать! Бросилась в погоню;
во весь дух в железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом след заметает!
Прискакала к огненной реке, взглянула на мост и думает:
— Хорош мост!
Поехала по мосту, только добралась до середины — мост обломился, и Баба-яга
чубарах в реку. Тут ей и лютая смерть приключилась!
А Иван-царевич откормил жеребенка в зеленых лугах, превратился паршивый
жеребенок в чудного коня! И вот приезжает царевич к Марье Моревне; она
выбежала, бросилась к нему на шею:
— Как тебя Бог воскресил?
— Так и так, — говорит. — Поедем со мной!
— Боюсь, Иван-царевич! Если Кощей догонит, быть тебе опять изрубленному!
— Нет, не догонит! Теперь у меня славный богатырский конь, словно птица летит!
Сели они на коня и поехали.
Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним конь
спотыкается.
— Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
— Иван-царевич приезжал, Марью Моревну увез!
— А можно ли их догнать?
— Кто знает! Теперь у Ивана-царевича конь богатырский получше меня!
— Нет, не утерплю, — говорит Кощей Бессмертный, — поеду в погоню!
Долго ли, коротко ли — нагнал он Ивана-царевича, соскочил наземь и хотел было
сечь его острой саблею, но в ту пору конь Ивана-царевича ударил со всего
размаху копытом Кощея Бессмертного и размозжил ему голову, а царевич доконал
его палицей. После того собрал царевич груду дров, развел огонь и спалил Кощея
Бессмертного на костре, а пепел его пустил по ветру.
Марья Моревна села на коня Кощея, а Иван-царевич на своего, и поехали они в гости сперва к
ворону, потом к орлу, а там и к соколу. Куда ни приедут, всюду встречают их с
радостью:
— Ах, Иван-царевич, а уж мы не чаяли тебя увидеть! Ну, да недаром же ты
хлопотал: такой красавицы, как Марья Моревна, во всем свете поискать — другой
не найти!
Погостили они, попировали и поехали в свое царство; приехали и стали
жить-поживать, добра наживать да медок попивать.
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья - Анна-царевна. Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай - при себе не держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами в зеленый сад погулять. Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит Иван-царевич.
Только пришли во дворец - как грянул гром, раздвоился потолок, и влетел в горницу ясен сокол, ударился сокол об пол, сделался добрым молодцем и говорит:
Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом; хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.
Коли люб ты ей, я ее не унимаю, - пусть идет!
Марья-царевна согласилась, сокол женился и унес ее в свое царство.
Дни идут за днями, часы бегут за часами - целого года как не бывало; пошел Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять встает туча с вихрем, с молнией.
Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит царевич.
Только пришли во дворец - как ударил гром, распалася крыша, раздвоился потолок, и влетел орел, ударился об пол и сделался добрым молодцем:
Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом. И посватал Ольгу-царевну. Отвечает Иван-царевич:
Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не снимаю.
Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж; орел подхватил ее и унес в свое царство.
Прошел, еще один год; говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
Пойдем, во зеленом саду погуляем! Погуляли немножко; опять встает туча с вихрем, с молнией.
Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть - как ударил гром, раздвоился потолок и влетел ворон; ударился ворон об пол и сделался добрым молодцем; прежние были хороши собой, а этот еще лучше.
Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом; отдай за меня Анну-царевну.
Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за тебя.
Вышла за ворона Анна-царевна, и унес он ее в своё государство.
Остался Иван-царевич один; целый год жил без сестер, и сделалось ему скучно.
Пойду, - говорит, - искать сестриц. Собрался в дорогу, идет и видит - лежит в поле рать-сила побитая.
Спрашивает Иван-царевич:
Коли есть тут жив человек - отзовися! Кто побил это войско великое?
Отозвался ему жив человек:
Все это войско великое побила Марья Моревна, прекрасная королевна.
Выходила к нему навстречу Марья Моревна, прекрасная королевна:
Здравствуй, царевич, куда тебя бог несет - по воле аль по неволе?
Отвечал ей Иван-царевич:
Добрые молодцы по неволе не ездят!
Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах.
Иван-царевич тому и рад, две ночи в шатрах ночевал, полюбился Марье Моревне и женился на ней.
Марья Моревна, прекрасная королевна, взяла его с собой в свое государство; пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось королевне на войну собираться; покидает она на Ивана-царевича все хозяйство и приказывает:
Везде ходи, за всем присматривай; только в этот чулан не заглядывай!
Он не вытерпел; как только Марья Моревна уехала, тотчас бросился в чулан, отворил дверь, глянул - а там висит Кощей Бессмертный, на двенадцати цепях прикован.
Просит Кощей у Ивана-царевича:
Сжалься надо мной, дай мне напиться! Десять лет я здесь мучаюсь, не ел, не пил - совсем в горле пересохло!
Царевич подал ему ведро воды, он выпил и еще запросил:
Мне одним ведром не залить жажды, дай еще!
Царевич подал другое ведро; Кощей выпил и запросил третье, а как выпил третье ведро - взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все двенадцать порвал.
Спасибо, Иван-царевич! - сказал Кощей Бессмертный. - Теперь тебе никогда не видать Марьи Моревны, как ушей своих! - И страшным вихрем вылетел в окно, нагнал на дороге Марью Моревну, прекрасную королевну, подхватил ее и унес к себе.
А Иван-царевич горько-горько заплакал, снарядился и пошел в путь-дорогу:
Что ни будет, а разыщу Марью Моревну!
Идет день, идет другой, на рассвете третьего видит чудесный дворец, у дворца дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
Ах, шурин мой любезный! Как тебя господь милует?
Выбежала Марья-царевна, встретила Ивана-царевича радостно, стала про его здоровье расспрашивать, про своё житьё-бытьё рассказывать.
Погостил у них царевич три дня и говорит:
Не могу у вас гостить долго; я иду искать жену мою, Марью Моревну, прекрасную королевну.
Трудно тебе сыскать ее, - отвечает сокол. - Оставь здесь на всякий случай свою серебряную ложку: будем на нее смотреть, про тебя вспоминать.
Иван-царевич оставил у сокола свою серебряную ложку и пошел в дорогу.
Шел он день, шел другой, на рассвете третьего видит дворец еще лучше первого, возле дворца дуб стоит, на дубу орел сидит. Слетел орел с дерева, ударился оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
Вставай, Ольга-царевна! Милый наш братец идет!
Ольга-царевна тотчас выбежала навстречу, стала его целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про своё житьё-бытьё рассказывать. Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
Дольше гостить мне некогда: я иду искать жену мою, Марью Моревну, прекрасную королевну.
Отвечает орел:
Трудно тебе сыскать ее; оставь у нас серебряную вилку: будем на нее смотреть, тебя вспоминать.
Он оставил серебряную вилку и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, на рассвете третьего видит дворец лучше первых двух, возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит.
Слетел ворон с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
Анна-царевна! Поскорей выходи, наш братец идёт.
Выбежала Анна-царевна, встретила его радостно, стала целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про своё житьё-бытьё рассказывать.
Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
Прощайте! Пойду жену искать - Марью Моревну, прекрасную королевну. Отвечает ворон:
Трудно тебе сыскать её; оставь-ка у нас серебряную табакерку: будем на нее смотреть, тебя вспоминать.
Царевич отдал ему серебряную табакерку, попрощался и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, а на третий добрался до Марьи Моревны.
Увидела она своего милого, бросилась к нему на шею, залилась слезами и промолвила:
Ах, Иван-царевич! Зачем ты меня не послушался - посмотрел в чулан и выпустил Кощея Бессмертного.
Прости, Марья Моревна! Не поминай старого, лучше пойдем со мной, пока не видать Кощея Бессмертного, авось не догонит!
Собрались и уехали. А Кощей на охоте был; к вечеру он домой ворочается, под ним добрый конь спотыкается.
Отвечает конь:
Иван-царевич приходил, Марью Моревну увез.
А можно ли их догнать?
Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать ее, смолотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть, да тогда вдогонь ехать - и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича.
Ну, - говорит, - первый раз тебя прощаю, за твою доброту, что водой меня напоил, и в другой раз прощу, а в третий берегись - на куски изрублю!
Отнял у него Марью Моревну и увез; а Иван-царевич сел на камень и заплакал.
Поплакал-поплакал и опять воротился назад за Марьей Моревною, Кощея Бессмертного дома не случилося.
Поедем, Марья Моревна!
Ах, Иван-царевич! Он нас догонит.
Пускай догонит, мы хоть часок-другой проведем вместе.
Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается.
Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
А можно ли догнать их?
Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет, сжать, смолотить, пива наварить, допьяна напиться, до отвала выспаться да тогда вдогонь ехать - и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
Ведь я ж говорил, что тебе не видать Марьи Моревны, как ушей своих!
Отнял ее и увез к себе.
Остался Иван-царевич один, поплакал-поплакал и опять воротился за Марьей Моревною; на ту пору Кощея дома не случилося.
Поедем, Марья Моревна!
Ах, Иван-царевич! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит.
Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу. Собрались и поехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается.
Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича; изрубил его в мелкие куски и поклал в смоленую бочку; взял эту бочку, скрепил железными обручами и бросил в синее море, а Марью Моревну к себе увез.
В то самое время у зятьев Ивана-царевича серебро почернело.
Ах, - говорят они, - видно, беда приключилася!
Орел бросился на сине море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол полетел за живой водою, а ворон за мертвою. Слетелись все трое в одно место, разбили бочку, вынули куски Ивана-царевича, перемыли и склали как надобно.
Ворон брызнул мертвою водою - тело срослось, соединилося; сокол брызнул живой водою - Иван-царевич вздрогнул, встал и говорит:
Ах, как я долго спал!
Еще бы дольше проспал, если б не мы! - отвечали зятья. - Пойдем теперь к нам в гости.
Нет, братцы! Я пойду искать Марью Моревну! Приходит к ней и просит:
Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал себе такого доброго коня.
Вот Марья Моревна улучила добрую минуту и стала Кощея выспрашивать.
Кощей сказал:
За тридевять земель, в тридесятом царстве, за огненной рекою живет баба-яга; у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг света облетает. Много у ней и других славных кобылиц; я у ней три дня пастухом был, ни одной кобылицы не упустил, и за то баба-яга дала мне одного жеребеночка.
Как же ты через огненную реку переправился?
А у меня есть такой платок - как махну в правую сторону три раза, сделается высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!
Марья Моревна выслушала, пересказала все Ивану-царевичу и платок унесла да ему отдала.
Иван-царевич переправился через огненную реку и пошел к бабе-яге. Долго шел он не пивши, не евши. Попалась ему навстречу заморская птица с малыми детками.
Иван-царевич говорит:
Съем-ка я одного цыпленочка.
Не ешь, Иван-царевич! - просит заморская птица. - В некоторое время я пригожусь тебе. Пошел он дальше, видит в лесу улей пчел.
Возьму-ка я, - говорит, - сколько-нибудь медку. Пчелиная матка отзывается:
Не тронь моего меду, Иван-царевич! В некоторое время я тебе пригожусь.
Съем я хоть этого львенка; есть так хочется, ажно тошно стало!
Не тронь, Иван-царевич, - просит львица. - В некоторое время я тебе пригожусь.
Хорошо, пусть будет по-твоему!
Побрел голодный, шел, шел - стоит дом бабы-яги, кругом дома двенадцать шестов, на одиннадцати шестах по человечьей голове, только один незанятый.
Здравствуй, бабушка!
Здравствуй, Иван-царевич! Почто пришел - по своей доброй воле аль по нужде?
Пришел заслужить у тебя богатырского коня.
Изволь, царевич! У меня ведь не год служить, а всего-то три дня; если упасешь моих кобылиц - дам тебе богатырского коня, а если нет, то не гневайся - торчать твоей голове на последнем шесте.
Иван-царевич согласился, баба-яга его накормила-напоила и велела за дело приниматься. Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы задрали хвосты, и все врозь по лугам разбежались; не успел царевич глазами вскинуть, как они совсем пропали. Тут он заплакал-запечалился, сел на камень и заснул.
Солнышко уже на закате, прилетела заморская птица и будит его:
Вставай, Иван-царевич! Кобылицы теперь дома. Царевич встал, воротился домой; а баба-яга и шумит, и кричит на своих кобылиц:
Зачем вы домой воротились?
Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света, чуть нам глаза не выклевали.
Ну вы завтра по лугам не бегайте, а рассыпьтесь по дремучим лесам.
Переспал ночь Иван-царевич, наутро баба-яга ему говорит:
Смотри, царевич, если не упасешь кобылиц, если хоть одну потеряешь - быть твоей буйной головушке на шесте.
Погнал он кобылиц в поле, они тотчас задрали хвосты и разбежались по дремучим лесам. Опять сел царевич на камень, плакал-плакал да и уснул.
Солнышко село за лес, прибежала львица:
Вставай, Иван-царевич! Кобылицы все собраны. Иван-царевич встал и пошел домой; баба-яга пуще прежнего и шумит, и кричит на своих кобылиц:
Зачем домой воротились?
Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего света, чуть нас совсем не разорвали.
Ну вы завтра забегите в сине море. Опять переспал ночь Иван-царевич, наутро посылает его баба-яга кобылиц пасти:
Если не упасешь - быть твоей буйной головушке на шесте.
Он погнал кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз и забежали в сине море; стоят в воде по шею. Иван-царевич сел на камень, заплакал и уснул.
Солнышко за лес село, прилетела пчелка и говорит:
Вставай, царевич! Кобылицы все собраны; да как воротишься домой, бабе-яге на глаза не показывайся, пойди в конюшню и спрячься за яслями. Там есть паршивый жеребенок - в навозе валяется, ты укради его и в глухую полночь уходи из дому.
Иван-царевич встал, пробрался в конюшню и улегся за яслями; баба-яга и шумит, и кричит на своих кобылиц:
Зачем воротились?
Как же нам было не воротиться? Налетело пчел видимо-невидимо со всего света и давай нас со всех сторон жалить до крови!
Баба-яга заснула, а в самую полночь Иван-царевич украл у нее паршивого жеребенка, оседлал его, сел и поскакал к огненной реке. Доехал до той реки, махнул три раза платком в правую сторону - и вдруг, откуда ни взялся, повис через реку высокий мост. Царевич переехал по мосту и махнул платком на левую сторону только два раза - остался через реку мост тоненький-тоненький! Поутру пробудилась баба-яга - паршивого жеребенка видом не видать! Бросилась в погоню; во весь дух на железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом след заметает.
Прискакала к огненной реке, взглянула и думает: “Хорош мост!”
Поехала по мосту, только добралась до середины - мост обломился, и баба-яга чубурах в реку; тут ей и лютая смерть приключилась! Иван-царевич откормил жеребенка в зеленых лугах, стал из него чудный конь. Приезжает царевич к Марье Моревне; она выбежала, бросилась к нему на шею:
Как же ты опять живой?
Так и так, - говорит. - Поедем со мной.
Боюсь, Иван-царевич! Если Кощей догонит, быть тебе опять изрублену.
Нет, не догонит! Теперь у меня славный богатырский конь, словно птица летит.
Сели они на коня и поехали.
Кощей Бессмертный домой ворочается, под ним конь спотыкается.
Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
Иван-царевич приезжал, Марью Моревну увез.
А можно ли их догнать?
Бог знает! Теперь у Ивана-царевича конь богатырский лучше меня.
Нет, не утерплю, - говорит Кощей Бессмертный, - поеду в погоню.
Долго ли, коротко ли - нагнал он Ивана-царевича, соскочил наземь и хотел было сечь его острой саблею; в те поры конь Ивана-царевича ударил со всего размаху копытом Кощея Бессмертного и размозжил ему голову, а царевич доконал его палицей. После того наклал царевич груду дров, развел огонь, спалил Кощея Бессмертного на костре и самый пепел его пустил по ветру.
Марья Моревна села на Кощеева коня, а Иван-царевич на своего, и поехали они в гости сперва к ворону, потом к орлу, а там и к соколу.
Куда ни приедут, всюду встречают их с радостью:
Ах, Иван-царевич, а уж мы не чаяли тебя видеть. Ну, да недаром же ты хлопотал: такой красавицы, как Марья Моревна, во всем свете поискать - другой не найти!
Погостили они, попировали и поехали в свое царство. Приехали и стали себе жить-поживать, добра наживать да медок попивать.
Некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у него было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья Анна-царевна. Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай - при себе не держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый сад погулять.
Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
- Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит Иван-царевич.
Только пришли во дворец - как грянул гром, раздвоился потолок, и влетел к ним в горницу ясен сокол, ударился сокол об пол, сделался добрым молодцом и говорит:
- Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом; хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.
- Коли люб ты сестрице, я ее не унимаю - пусть с Богом идет!
Марья-царевна согласилась; сокол женился и унес ее в свое царство.
Дни идут за днями, часы бегут за часами - целого года как не бывало; пошел Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять встает туча с вихрем, с молнией.
- Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит царевич. Только пришли во дворец - как ударил гром, распалась крыша, раздвоился потолок, и влетел орел; ударился об пол и сделался добрым молодцом:
- Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом.
И посватал он Ольгу-царевну. Отвечает Иван-царевич:
- Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не снимаю.
Ольга-царевна согласилась и вышла за орла замуж; орел подхватил ее и унес в свое царство.
Прошел еще один год; говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
- Пойдем во зеленом саду погуляем!
Погуляли немножко; опять встает туча с вихрем, с молнией.
- Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть - как ударил гром, раздвоился потолок и влетел ворон; ударился ворон об пол и сделался добрым молодцом: прежние были хороши собой, а этот еще лучше.
- Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом: отдай за меня Анну-царевну.
- Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за тебя.
Вышла за ворона Анна-царевна, и унес он ее в свое государство.
Остался Иван-царевич один; целый год жил без сестер, и сделалось ему скучно. "Пойду, говорит, искать сестриц". Собрался в дорогу, шел, шел и видит - лежит в поле рать-сила побитая. Спрашивает Иван-царевич:
- Коли есть тут жив человек - отзовись! Кто побил это войско великое?
Отозвался ему жив человек:
- Все это войско великое побила Марья Моревна, прекрасная королевна.
Пустился Иван-царевич дальше, наезжал на шатры белые, выходила к нему навстречу Марья Моревна, прекрасная королевна:
- Здравствуй, царевич, куда тебя Бог несет - по воле аль по неволе?
Отвечал ей Иван-царевич:
- Добрые молодцы по неволе не ездят!
- Ну, коли дело не к спеху, погости у меня в шатрах.
Иван-царевич тому и рад, две ночи в шатрах ночевал, полюбился Марье Моревне и женился на ней.
Марья Моревна, прекрасная королевна, взяла его с собой в свое государство; пожили они вместе сколько-то времени, и вздумалось королевне на войну собираться; покидает она на Ивана-царевича все хозяйство и приказывает:
- Везде ходи, за всем присматривай, только в этот чулан не моги заглядывать!
Он не вытерпел, как только Марья Моревна уехала, тотчас бросился в чулан, отворил дверь, глянул - а там висит Кощей Бессмертный, на двенадцати цепях прикован. Просит Кощей у Ивана-царевича:
- Сжалься надо мной, дай мне напиться! Десять лет я здесь мучаюсь, не ел, не пил - совсем в горле пересохло!
Царевич подал ему целое ведро воды; он выпил и еще запросил:
- Мне одним ведром не залить жажды; дай еще!
Царевич подал другое ведро; Кощей выпил и запросил третье, а как выпил третье ведро - взял свою прежнюю силу, тряхнул цепями и сразу все двенадцать порвал.
- Спасибо, Иван-царевич! - сказал Кощей Бессмертный. - Теперь тебе никогда не видать Марьи Моревны, как ушей своих! - и страшным вихрем вылетел в окно, нагнал на дороге Марью Моревну, прекрасную королевну, подхватил ее и унес к себе. А Иван-царевич горько-горько заплакал, снарядился и пошел в путь-дорогу:
- Что ни будет, а разыщу Марью Моревну!
Идет день, идет другой, на рассвете третьего видит чудесный дворец, у дворца дуб стоит, на дубу ясен сокол сидит. Слетел сокол с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцем и закричал:
- Ах, шурин мой любезный! Как тебя Господь милует?
Выбежала Марья-царевна, ветрела Ивана-царевича радостно, стала про его здоровье расспрашивать, про свое житьебытье рассказывать. Погостил у них царевич три дня и говорит:
- Не могу у вас гостить долго; я иду искать жену мою, Марью Моревну, прекрасную королевну.
- Трудно тебе сыскать ее, - отвечает сокол. - Оставь здесь на всякий случай свою серебряную ложку: будем на нее смотреть, про тебя вспоминать.
Иван-царевич оставил у сокола свою серебряную ложку и пошел в дорогу.
Шел он день, шел другой, на рассвете третьего видит дворец еще лучше первого, возле дворца дуб стоит, на дубу орел сидит. Слетел орел с дерева, ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
- Вставай, Ольга-царевна! Милый наш братец идет.
Ольга-царевна тотчас прибежала навстречу, стала его целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
- Дольше гостить мне некогда; я иду искать жену мою Марью Моревну, прекрасную королевну.
Отвечает орел:
- Трудно тебе сыскать ее; оставь у нас серебряную вилку: будем на нее смотреть, тебя вспоминать.
Он оставил серебряную вилку и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, на рассвете третьего видит дворец лучше первых двух, возле дворца дуб стоит, на дубу ворон сидит. Слетел ворон с дуба, ударился оземь, обернулся добрым молодцом и закричал:
- Анна-царевна! Поскорей выходи, наш братец идет.
Выбежала Анна-царевна, ветрела его радостно, стала целовать-обнимать, про здоровье расспрашивать, про свое житье-бытье рассказывать. Иван-царевич погостил у них три денька и говорит:
- Прощайте! Пойду жену искать - Марью Моревну, прекрасную королевну.
Отвечает ворон:
- Трудно тебе сыскать ее; оставь-ка у нас серебряную табакерку: будем на нее смотреть, тебя вспоминать.
Царевич отдал ему серебряную табакерку, попрощался и пошел в дорогу.
День шел, другой шел, а на третий добрался до Марьи Моревны. Увидала она своего милого, бросилась к нему на шею, залилась слезами и промолвила:
- Ах, Иван-царевич! Зачем ты меня не послушался - посмотрел в чулан и выпустил Кощея Бессмертного?
- Прости, Марья Моревна! Не поминай старого, лучше поедем со мной, пока не видать Кощея Бессмертного; авось не догонит!
Собрались и уехали, а Кощей на охоте был; к вечеру он домой ворочается, под ним добрый конь спотыкается.
Отвечает конь:
- Иван-царевич приходил, Марью Моревну увез.
- А можно ли их догнать?
- Можно пшеницы насеять, дождаться, пока она вырастет, сжать ее, смолотить, в муку обратить, пять печей хлеба наготовить, тот хлеб поесть, да тогда вдогонь ехать - и то поспеем!
- Ну, говорит, первый раз тебя прощаю за твою доброту, что водой напоил; и в другой раз прощу, а в третий берегись - на куски изрублю!
Отнял у него Марью Моревну и увез; а Иван-царевич сел на камень и заплакал.
Поплакал-поплакал и опять воротился назад за Марьей Моревною; Кощея Бессмертного дома не случилось.
- Поедем, Марья Моревна!
- Ах, Иван-царевич! Он нас догонит.
- Пускай догонит; мы хоть часок-другой проведем вместе.
Собрались и уехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается.
- Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
- А можно ли догнать их?
- Можно ячменю насеять, подождать, пока он вырастет сжать-смолотить, вина наварить, допьяна напиться, до отвала выспаться, да тогда вдогонь ехать - и то поспеем!
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича:
- Ведь я ж говорил, что тебе не видать Марьи Моревны как ушей своих!
Отнял ее и увез к себе.
Остался Иван-царевич один, поплакал-поплакал и опять воротился за Марьей Моревною; на пору Кощея дома не случилось.
- Поедем, Марья Моревна!
- Ах, Иван-царевич! Ведь он догонит, тебя в куски изрубит.
- Пускай изрубит! Я без тебя жить не могу.
Собрались и поехали. Кощей Бессмертный домой возвращается, под ним добрый конь спотыкается.
- Что ты спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
- Иван-царевич приходил, Марью Моревну с собой взял.
Кощей поскакал, догнал Ивана-царевича, изрубил его в мелкие куски и поклал в смоленую бочку; взял эту бочку, скрепил железными обручами и бросил в синее море, а Марью Моревну к себе увез.
В то самое время у зятьев Ивана-царевича серебро почернело.
- Ах, - говорят они, - видно, беда приключилась!
Орел бросился на сине море, схватил и вытащил бочку на берег, сокол полетел за живой водою, а ворон за мертвою. Слетелись все трое в одно место, разбили бочку, вынули куски Ивана-царевича, перемыли и склали, как надобно. Ворон брызнул мертвой водою - тело срослось, съединилося; сокол брызнул живой водою - Иван-царевич вздрогнул, встал и говорит:
- Ах, как я долго спал!
- Еще бы дольше проспал, если б не мы! - отвечали зятья. - Пойдем теперь к нам в гости.
- Нет, братцы! Я пойду искать Марью Моревну.
Приходит к ней и просит:
- Разузнай у Кощея Бессмертного, где он достал себе такого доброго коня.
Вот Марья Моревна улучила добрую минуту и стала Кощея выспрашивать. Кощей сказал:
- За тридевять земель в тридесятом царстве, за огненной рекою живет баба-яга; у ней есть такая кобылица, на которой она каждый день вокруг света облетает. Много у ней и других славных кобылиц; я у ней три дня пастухом был, ни одной кобылицы не упустил, и за это баба-яга дала мне одного жеребеночка.
- Как же ты через огненную реку переправился?
- А у меня есть такой платок - как махну в правую сторону три раза, сделается высокий-высокий мост, и огонь его не достанет!
Марья Моревна выслушала, пересказала все Ивану-царевичу и платок унесла да ему отдала.
Иван-царевич переправился через огненную реку и пошел к бабе-яге. Долго шел он не пивши, не евши. Попалась ему навстречу заморская птица с малыми детками. Иван-царевич говорит:
- Съем-ка я одного цыпленочка.
- Не ешь, Иван-царевич! - просит заморская птица. - В некоторое время я пригожусь тебе.
Пошел он дальше; видит в лесу улей пчел.
- Возьму-ка я, - говорит, - сколько-нибудь медку.
Пчелиная матка отзывается:
- Не тронь моего меду, Иван-царевич! В некоторое время я тебе пригожусь.
Он не тронул и пошел дальше; попадает ему навстречу львица со львенком.
- Съем я хоть этого львенка; есть так хочется, ажио тошно стало!
- Не тронь, Иван-царевич, - просит львица. - В некоторое время я тебе пригожусь.
- Хорошо, пусть будет по-твоему!
Побрел голодный, шел, шел - стоит дом бабы-яги, кругом дома двенадцать шестов, на одиннадцати шестах по человечьей голове, только один незанятый.
- Здравствуй, бабушка!
- Здравствуй, Иван-царевич! Пошто пришел - по своей доброй воле аль по нужде?
- Пришел заслужить у тебя богатырского коня.
- Изволь, царевич! У меня ведь не год служить, а всего-то три дня; если упасешь моих кобылиц - дам тебе богатырского коня, а если нет, то не гневайся - торчать твоей голове на последнем шесте.
Иван-царевич согласился; баба-яга его накормила-напоила и велела за дело приниматься. Только что выгнал он кобылиц в поле, кобылицы задрали хвосты и все врозь по лугам разбежались; не успел царевич глазами вскинуть, как они совсем пропали. Тут он заплакал-запечалился, сел на камень и заснул. Солнышко уже на закате, прилетела заморская птица и будит его:
- Вставай, Иван-царевич! Кобылицы теперь дома.
Царевич встал, воротился домой; а баба-яга и шумит и кричит на своих кобылиц:
- Зачем вы домой воротились?
- Как же нам было не воротиться? Налетели птицы со всего света, чуть нам глаза не выклевали.
- Ну, вы завтра по лугам не бегайте, а рассыпьтесь по дремучим лесам.
Переспал ночь Иван-царевич; наутро баба-яга ему говорит:
- Смотри, царевич, если не упасешь кобылиц, если хоть одну потеряешь - быть твоей буйной головушке на шесте!
Погнал он кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты и разбежались по дремучим лесам. Опять сел царевич на камень, плакал-плакал, да и уснул. Солнышко село за лес; прибежала львица:
- Вставай, Иван-царевич! Кобылицы все собраны.
Иван-царевич встал и пошел домой; баба-яга пуще прежнего и шумит и кричит на своих кобылиц:
- Зачем домой воротились?
- Как же нам было не воротиться? Набежали лютые звери со всего света, чуть нас совсем не разорвали.
- Ну, вы завтра забегите в сине море.
Опять переспал ночь Иван-царевич; наутро посылает его баба-яга кобылиц пасти:
- Если не упасешь - быть твоей буйной головушке на шесте.
Он погнал кобылиц в поле; они тотчас задрали хвосты, скрылись с глаз и забежали в сине море; стоят в воде по шею. Иван-царевич сел на камень, заплакал и уснул. Солнышко за лес село, прилетела пчелка и говорит:
- Вставай, царевич! Кобылицы все собраны; да как воротишься домой, бабе-яге на глаза не показывайся, пойди в конюшню и спрячься за яслями. Там есть паршивый жеребенок - в навозе валяется; ты украдь его и в глухую полночь уходи из дому.
Иван-царевич встал, пробрался в конюшню и улегся за яслями; баба-яга и шумит и кричит на своих кобылиц:
- Зачем воротились?
- Как же нам было не воротиться? Налетело пчел видимо-невидимо со всего света и давай нас со всех сторон жалить до крови!
Баба-яга уснула, а самую полночь Иван-царевич украл у нее паршивого жеребенка, оседлал его, сел и поскакал к огненной реке. Доехал до той реки, махнул три раза платком в правую сторону - и вдруг, откуда ни взялся, повис через реку высокий, славный мост. Царевич переехал по мосту и махнул платком на левую сторону только два раза - остался через реку мост тоненький-тоненький! Поутру пробудилась баба-яга - паршивого жеребенка видом не видать! Бросилась в погоню; во весь дух на железной ступе скачет, пестом погоняет, помелом след заметает. Прискакала к огненной реке, взглянула и думает: "Хорош мост!" Поехала по мосту, только добралась до середины - мост обломился, и баба-яга чебурах в реку; тут ей и лютая смерть приключилась! Иван-царевич откормил жеребенка в зеленых лугах; стал из него чудный конь.
Приезжает царевич к Марье Моревне; она выбежала, бросилась к нему на шею:
- Как тебя Бог сохранил?
- Так и так, говорит. Поедем со мной.
- Боюсь, Иван-царевич! Если Кощей догонит, быть тебе опять изрублену.
- Нет, не догонит! Теперь у меня славный богатырский конь, словно птица летит.
Сели они на коня и поехали. Кощей Бессмертный домой ворочается, под ним конь спотыкается.
- Что ты, несытая кляча, спотыкаешься? Али чуешь какую невзгоду?
- Иван-царевич приезжал, Марью Моревну увез.
- А можно ли их догнать?
- Бог знает! Теперь у Ивана-царевича конь богатырский лучше меня.
- Нет, не утерплю, - говорит Кощей Бессмертный, - поеду в погоню.
Долго ли, коротко ли - нагнал он Ивана-царевича, соскочил наземь и хотел было сечь его острой саблею; в те поры конь Ивана-царевича ударил со всего размаху копытом Кощея Бессмертного и размозжил ему голову, а царевич доконал его палицей. После того наклал царевич груду дров, развел огонь, спалил Кощея Бессмертного на костре и самый пепел его пустил по ветру.
Марья Моревна села на Кощеева коня, а Иван-царевич на своего, и поехали они в гости сперва к ворону, потом к орлу, а там и к соколу. Куда ни приедут, всюду встречают их с радостью:
- Ах, Иван-царевич, а уж мы не чаяли тебя видеть. Ну, да недаром же ты хлопотал: такой красавицы, как Марья Моревна, во всем свете поискать - другой не найти!
Погостили они, попировали и поехали в свое царство; приехали и стали себе жить-поживать, добра наживать да медок попивать.
,
смерти и возрождения в
Русской народной сказке «Марья Моревна»
(пособие для родителей)
МАРЬЯ МОРЕВНА
(Из сборника А.Н. Афанасьева «Народные русские сказки»)
В некотором царстве, в некотором государстве жил-был Иван-царевич; у него
было три сестры: одна Марья-царевна, другая Ольга-царевна, третья
Анна-царевна.
Отец и мать у них померли; умирая, они сыну наказывали:
Кто первый за твоих сестер станет свататься, за того и отдавай - при себе
не держи долго!
Царевич похоронил родителей и с горя пошел с сестрами во зеленый сад
погулять.
Вдруг находит на небо туча черная, встает гроза страшная.
Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит Иван-царевич.
Только пришли во дворец - как грянул гром, раздвоился потолок, и влетел к
ним в горницу Ясен Сокол. Ударился Сокол об пол, сделался добрым молодцем и
говорит:
Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я ходил гостем, а теперь пришел сватом;
хочу у тебя сестрицу Марью-царевну посватать.
Коли люб ты сестрице, я ее не держу - пусть с идет!
Марья-царевна согласилась. Сокол женился и унес ее в свое царство.
Дни идут за днями, часы бегут за часами - целого года как не бывало. Пошел
Иван-царевич с двумя сестрами во зеленый сад погулять. Опять встает туча с
вихрем, с молнией.
Пойдемте, сестрицы, домой! - говорит царевич.
Только пришли во дворец - как ударил гром, распалася крыша, раздвоился
потолок, и влетел Орел. Ударился Орел об пол и сделался добрым молодцем.
Здравствуй, Иван-царевич! Прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом. И
посватал Ольгу-царевну.
Отвечает Иван-царевич:
Если ты люб Ольге-царевне, то пусть за тебя идет; я с нее воли не снимаю.
Ольга-царевна согласилась и вышла за Орла замуж. Орел подхватил ее
и унес в свое царство.
Прошел еще один год. Говорит Иван-царевич своей младшей сестрице:
Пойдем, во зеленом саду погуляем!
Погуляли немножко; опять встает туча с вихрем, с молнией.
Вернемся, сестрица, домой!
Вернулись домой, не успели сесть - как ударил гром, раздвоился потолок, и
влетел Ворон. Ударился Ворон об пол и сделался добрым молодцем. Прежние были
хороши собой, а этот еще лучше.
Ну, Иван-царевич, прежде я гостем ходил, а теперь пришел сватом; отдай за
меня Анну-царевну.
Я с сестрицы воли не снимаю; коли ты полюбился ей, пусть идет за тебя.
